Фото №8
Фото №15
Фото №15
11.25(11)
   
РУБРИКИ
 
 
23.04.2009 «ЖИЗНЬ ПРОЖИТЬ – НЕ ПОЛЕ ПЕРЕЙТИ»
Да, мы стареем, дряхлеем – это очевидно, только очень жаль, что эти процессы происходят не только с нашим телом, но и с нашими душами. Все общество, вся Матушка - Русь, весь ее народ «болен», и с этим не поспоришь. Но у каждой болезни есть границы – начало и конец. А ведь даже ребенку известно – если пустить болезнь на самотек и не бороться с ней, не приложить соответствующих усилий, то такое состояние может продлиться неопределенно длительный промежуток времени. Так давайте же, люди добрые, земляки, поможем себе сами, кто, как и чем только сможет.
Конечно же, мы вправе надеяться на помощь во всем, на внимание, как минимум, к нам нашего государства, и я более чем уверен, что когда-то, со временем, будет оно, это внимание, и забота, и помощь – дайте срок. Но пока они там, «наверху», придут к «консенсусу», пройдет определенное время, в которое им будет не до нас с вами. Даже пусть семь пядей будет во лбу нашего президента, но он просто физически не в силах уследить за деяниями своих «сановитых» помощников. Хотя, ой, как хочется верить, что ему все же досуг до наших роптаний по поводу всех наших проблем нынешних везде и во всем. И, конечно же, хочется верить, что и мы, в свою очередь, тоже очнемся, пусть не все сразу, но по капельке, по чуть-чуть, начнем жить не по «понятиям», а по-людски и, конечно же, в мире, достатке, благополучии и здравии.
Нет, Ваня, я не брюзжу, просто какая-то досада, неудовлетворенность сегодняшним бытием, что ли, постоянно гложет мое сознание. Хочется ведь немного - теплоты, доброты во взаимоотношениях нас, людей, ну, и мира, конечно. Правда, еще и хорошее здоровье не помешало б. И, что немаловажно, все ведь осуществимо – ведь все, все зависит от нас всех, вместе взятых. Припоминаю, как ты рассказывал дивную историю про «Петровичей». Вот где накрепко переплелись людская доброта и инстинкты природы. Вспомни, Ванюша, пожалуйста, еще разок, да к тому же и Машенька пусть самолично послушает того, кто сам очевидец невероятного.
- Это событие происходило давно, - начал я свой рассказ, - еще в те времена, когда все большие и малые пароходы: БМРТ, плавбазы, плавзаводы, ЭРСы, СРТМы, СТ были в большинстве своем практически, что называется, со стапелей. Когда пирсы и причалы еще были в порядке, а кнехты никто и не думал сдавать на металлолом, как бесхозный металл. Когда флотский люд моего поколения был еще молод и еще умел мечтать и любил строить «громадье» планов, а наступающее «завтра» нас всех абсолютно не беспокоило. В те далекие времена на Сахалин приезжали, надо сказать, не лукавя, в большинстве своем, чтобы заработать деньжат на покупку кооператива, машины, гаража и так далее. Работали по здоровью и, скорее всего, да, было тогда и такое, по призванию. И замечу, хоть вы об этом и сами не хуже меня знаете, что приехать на остров мог не каждый, а только тот, кто имел так называемый вызов от какого-либо предприятия. Старшее поколение знает и помнит, как это все было. Но надо признать, и мое мнение не изменилось и сегодня, Сахалин, словно магнит, притягивал к себе людей со всего бывшего Союза. Трудно сказать, чем именно? Скорее всего, своей неповторимостью, природой своей, своей непредсказуемостью, и как итог - многим и многим этот остров-глыба стал второй Родиной, на которой уже и наши дети родились, на которой мы уже и внуков дождались. А вот память отчего-то все чаще и чаще возвращает в столь далекое и столь же бесшабашное «былое». Шло начало восьмидесятых. В ту пору еще и в голову никому не могло прийти, чтобы заваривать добывающим пароходам слипы (это проем в корме, по которому на судне отдают (ставят) трал, а затем и вытягивают (выбирают) его с уловом на борт судна). Я не случайно обозначил предназначение слипа, ибо оно имеет важное значение в моем рассказе. Из года в год, согласно тогдашней кампании по «плановости» всего и во всем, все суда время от времени поочередно возвращались к родным берегам, и на них, в обязательном порядке, проводились всевозможные работы. В большинстве своем корабли стояли на рейде. Старожилы хорошо помнят и подтвердят молодому поколению, что в былые времена на рейдах Холмска, Невельска, Корсакова в ночное время светились палубными огнями целые мини-города на воде. Особенно многочисленными такие плавучие городки были во время переоборудования, переоснастки, да и пересменки в процессе подготовки к различным видам добычи
объектов промысла. Одним словом, рейды наших портовых городов не пустовали.
К этому разномастному зрелищу привыкали не только морские и береговые люди, но и природа. Все хорошо помнят и знают, что в местах, где постоянно и регулярно стоят пароходы, всегда рядышком «крутится» красноперка, любящая «на шару хапнуть», нарочно или случайно, что-либо, свалившееся в воду с судна. Да и бычки, окуньки и та же камбала тоже не отличаются своей «скромностью». Одно слово – голод не тетка. Но и их «любознательность» меркнет перед смелостью и рассудительностью обыкновенного сивуча. А дело было так. Стояли мы на рейде Невельска. Собственно, в этом нет ничего необычного, стоим себе и стоим, производим всевозможные, предписанные по судовым службам, работы, но в один из дней случилось то, о чем я с удовольствием люблю вспоминать. Послышались крики, возгласы с кормовой палубы. Как и многие члены экипажа, я тоже, придя на шум, увидел прелюбопытнейшее зрелище. По слипу нашего БМРТ «Тымовск» уверенной, раскачивающейся «походкой» поднимался на борт здоровенный сивуч. Первым делом многие подумали, что он таким образом спасается от смертных врагов – акул.
Но, бегло посмотрев во все стороны, за бортом мы хищниц нигде не увидели, да и редкими гостями они были в наших широтах. А сивуч, тем временем, уже полностью вылез на палубу, где его не совсем приветливо встретили судовая собака Получка и пес Аванс. Кобель, полаяв за компанию немного, успокоился, только сука не желала присутствия «чужака», к тому была еще и причина веская – у нее были щенята, такие маленькие два пушистых клубочка. Народ тем временем начал угощать пришельца, кто чем – кто корочкой хлеба, кто капустой с вилки, «экспроприированной» для этой благородной цели на камбузе – событие-то было неординарное. Откушав угощений, сивуч «засобирался» назад с корабля в свою привычную среду обитания. И вот тут произошло такое, что и сейчас, по прошествии стольких лет, кажется таким же невероятным, как и тогда. Кто-то в шутку позвал боцмана, чтобы принимал «пополнение», нового члена палубной команды. И только прозвучало: «Петрович, Петрович! Выгляни на корму!», - как сивуч резко остановился и увальнем начал разворачиваться и затем снова стал подниматься на палубу корабля. Поначалу мало кто сообразил, что это он так отреагировал на: «Петрович, Петрович», что это именно так, мы узнали позже. К этому времени появился боцман с булочкой в одной руке и со сгущенкой в другой. Мы с нескрываемой оторопью глядели, как он без малейшей боязни почти вплотную подошел к сивучу. Похлопал его по усатой морде, присел на корточки и начал с ним беседу. Ну, что-то вроде: «Где ж тебя носило, где ж ты блудил, шалопай ветреный? Ну, здравствуй, здравствуй, что, так уж сильно хочешь вкусненького?». И с этими словами начал с руки кормить «гостя» булкой, обмакивая ее в сгущенное молоко. Получка, видя такое дело, такую мирную беседу «дракона», своего непосредственного хозяина и добродетеля, тоже, хоть и с опаской, но подошла к Петровичу с другой стороны и стала заискивающе «канючить» и себе сладенького. Боцман и ее уважил – выделил маленький кусочек и ей. Видя все это, тут уже и Аванс подтянулся, но, увы, опоздал к раздаче дармовых сладостей, да и гостя уже выпроваживали с корабля. Петрович легким похлопыванием по туше со словами: «Ну, пошел, гулена, мне некогда, завтра приходи», - подталкивал сивуча к слипу.
 
Продолжение следует
Иван Сотник
 
 
 
 
  Общественно-политическая газета «Восход»