Фото №6
11.25(11)
   
РУБРИКИ
 
 
11.03.2010 На полвека в прошлое…
На учете в службе занятости жителей Охотского – единицы, здесь процветает та самая скрытая безработица, которая никем и нигде не учитывается. И какой смысл вставать на учет, если в самом селе работы все равно не найти, а добираться до города, если даже и получишь там работу, просто не на чем? Еще одна проблема – отсутствие автобусного сообщения с Корсаковом и Южно-Сахалинском. Если в окружной центр еще ходит автобус один раз в неделю, то рейсов в «южный» совсем нет. Люди в Охотском, как и везде, между прочим, болеют, много пенсионеров, детей, но добраться до больницы, если нет личного транспорта, нет возможности. А и доберешься раз в неделю на рейсовом автобусе, так приедешь в Корсаков в десять утра – все талоны давно розданы. Вроде должны их оставлять в регистратурах для сельских жителей, но на деле… Вот и мечутся сельчане по кабинетам поликлиник: я из Охотского! Но окажут им только экстренную помощь. А что делать, например, если надо зубы протезировать?
Фельдшерско-акушерский пункт, конечно, есть, и работает там специалист хороший – Ольга Геннадьевна Коломыльцева. Но ведь фельдшер – не врач, да и ФАП – не поликлиника: есть в хозяйстве Ольги Геннадьевны прививочный и процедурный кабинеты, отдельный кабинет для осмотра малышей, но вот физиотерапевтического пока нет, и значит, нет возможности делать процедуры, показанные при болезнях легких и бронхов. Накануне моего приезда в Охотском побывали управляющий делами администрации Корсаковского городского округа Владимир Иванович Чепурной и главврач ЦРБ Алик Эвальдович Обгольц – именно по вопросу физиокабинета. И вроде наметили решение, есть возможность оборудовать такой кабинет, можно надеяться, что одна проблема сельчан будет в скором времени решена.
Но кто решит проблему междугороднего сообщения? Студенты Охотского учатся в Южно-Сахалинске, ездят туда на работу и некоторые счастливцы, ее имеющие. Голосуют на дороге, добираются на попутках. Перед выборами в городское Собрание Виктор Иванович, глава Охотского управления, обращался к депутатам бывшим и будущим, заверял: кто решит проблему транспортного сообщения, за того проголосуют 98 % сельчан! Вот уже полгода действует новый созыв – и никто из депутатов ни разу не приехал в Охотское, не поинтересовался местными проблемами… И, кстати, автобусные остановки в селе плохонькие, в Лесном их совсем нет, а ветра в Охотском сами знаете какие.
Из одной проблемы плавно вытекает другая – содержание дорог. И она, конечно, упирается в отсутствие финансирования. Корсаковское ДРСУ пробивает дорогу до Охотского зимой, грейдерует летом, но вот после снегопадов и метелей ждать расчистки порой приходится по два-три дня, ведь базы в селе предприятие не имеет. ДРСУ «Экспромт» из Южно-Сахалинска, напротив, имеет базу, но обслуживает только асфальтированную трассу областного значения. А дорога на Мальки, например, уже лет 15-17 не ремонтировалась. Люди сказали мне, что руководитель Охотского управления пытается поддерживать дорогу в худо-бедно приличном состоянии - время от времени, используя, в основном, личные добрые отношения, изыскивает возможности отсыпать ее щебенкой. Немного помогает предприятие, разрабатывающее песчаный карьер в районе Теплых озер, прогоняют время от времени грейдер. И вот что удивительно: Виктор Иванович сказал мне, что искал эту дорогу – 15200 метров - в реестре автомобильных дорог области, не нашел – она там попросту не значится! И, следовательно, ремонтировать ее никто и никогда не станет, раз «бумажки» официальной нет. Виктор Иванович надеется, что Корсаковская администрация поможет решить вопрос, и предложение его такое: может начальник Корсаковского ДРСУ Юрий Иванович Романенко возьмет этот участок под свою опеку? И надо-то немного – зимой пробивать дорогу до Мальков, летом иногда профилировать грейдером. Нужен договор и техника, а тракториста и грейдеровщика Сергиенко и сам найдет – вон они, сидят без работы.
Мы проехали по берегу моря. По злополучной трассе, начиная практически сразу от поворота за мостом, выставлены предупредительные шесты с навязанными на них красными тряпочками и знаки, запрещающие парковку на обочине, прилегающей к берегу. Такие вот меры предосторожности – дорога во многих местах размыта штормами, обочина осыпается, во время штормов волны перехлестывают через дорогу… А на другом краю села, там где ныне «красуются» руины рыбцеха и гидротехнических сооружений волнолома, в зоне бедствия оказались жители стоящего в нескольких метрах двухэтажного деревянного дома. Волнолом разрушен, и ничто не препятствует штормующему морю подбираться к человеческому жилью – иногда волны заливают двор…
Впрочем, опасности от воды поджидают сельчан не только со стороны моря. Скоро начнется весенний паводок, поднимется вода в речках Казачке, Комиссаровке, Коммунарке, впадающих в Тунайчу. А на протоке песчано-ледяной затор. Чрезвычайное положение в Охотском в связи с этим объявляли не однажды, и уже сейчас надо бы начинать чистить протоку. Сделать это своими силами невозможно, да и нельзя, поскольку у Сергиенко нет лицензии на производство подобных работ. Есть фирма «Салмо» (рыборазводный завод в Мальках) – она имеет лицензию и право вывозить песок и использовать его по своему усмотрению, но кто заключит с ней договор? Может Виктор Иванович и нашел бы технические возможности расчистить протоку – но на эти «грабли» он уже наступал. Помните аномальную жару несколько лет назад? Тогда оказалась забитой песчаной пробкой протока на Изменчивом, температура воды в мелководном озере поднялась до 27-ми градусов, рыба почти варилась, погибал гребешок, озеро просто забродило, даже запах стал выделяться скверный. Сергиенко собрал народ, рыли поначалу лопатами, да куда там – пригнали трактор, справились с экологическим бедствием своими силами. А через два дня приехали сотрудники природоохранной прокуратуры, Росприроднадзора – и давай составлять протоколы! А нельзя! Притянули действия главы Охотского управления под статью «Порча гидротехнических сооружений», наложили штраф. В общем, в Охотском нигде без разрешения и копнуть-то нельзя, а чтобы получить таковое, надо пройти восемь инстанций, как выяснил впоследствии Виктор Иванович. Но пока пройдешь – время упустишь. А медлить было нельзя, народ, в отличие от чиновников, это прекрасно понимал.
Вообще в местных реалиях много удивительного. Вот сейчас разгар подледного лова, и связан он для рыбаков-любителей с немалым риском. А ну как оторвет льдину, кто будет спасать бедолаг? Спасательная станция, конечно, есть, находится она на мысе Бауэра – там у спасателей ГО ЧС оборудование, плавсредства, снегоходы. Но… трехкилометровая дорога до базы заметена – это ничейный «аппендикс», ее никто не обслуживает. Смены спасателей оставляют машины на заправке «Роснефть» и добираются на базу на снегоходах. При таком положении дел влиять на оперативную обстановку затруднительно, похоже спасателей самих надо выручать! Допустим, произошел отрыв льда. Одну лодку, кстати, спасатели оставляют на той же заправке, но вдруг одной будет мало? А остальные плавсредства из «аппендикса» не вытянешь… В прошлом году, например, попавших в беду рыбаков спасли вовсе не сотрудники ГО ЧС, а команда частного предпринимателя Владимира Сергеевича Куликова, содержащего внештатный пост на повороте на Мальки. 31 января 38 человек (а среди них были и дети) унесло на километр от берега, но, когда подоспели штатные спасатели, все потерпевшие уже находились в безопасности – Куликов и сам вывозил людей на моторке. Вот такая показательная история.
Но пора добавить хотя бы ложку меда в бездонную бочку проблем села Охотское. В прошлом году Корсаковская администрация позаботилась об уличном освещении: были частично заменены провода на линии электропередач, произведены другие необходимые работы – и улицы Центральная и Набережная засияли фонарями. Народ так радовался! По этим улицам вечером гуляли чинно, как по Бродвею. В Лесном, кстати, улицы тоже осветили, поставили новый трансформатор, на линии провода полностью поменяли – в общем, сделано было даже больше, чем в Охотском. И за это народ выражает властям огромную благодарность. Как же мало людям надо-то, оказывается, для поднятия настроения…
Некоторым, конечно, и водки бывает достаточно. Сами понимаете, заняться в селе особо нечем, работы нет, поэтому и пьющих в Охотском немало, благо водку есть где приобрести – в селе работают три магазина (и один в Лесном). Но деньги у местного населения появляются нечасто, а выпить хочется всегда. Не все, конечно, пьют, но алкашей продавцы прекрасно знают и в проблему отсутствия у оных денежных средств вникают. И неспроста! Цены в охотских магазинах намного выше, чем в городе, на некоторые продукты – страшно сказать! – до 150 %. Как только не бил еще народ «фэйсы» местным предпринимателям от торговли? Расчет простой: в город выехать проблемно, значит, купят по любой цене, кушать-то хочется всем. Но многие продукты залеживаются, истекают сроки их хранения. И придумали торгаши такую «фишку»: завзятым «алканавтам» водку дают в долг, например, под пенсию, а к ней идет «нагрузка» - просроченный кефир, подгнившие фрукты-овощи и прочий подобный товар. Водка, допустим, стоит 150 рублей – и «нагрузка» потянет на столько же, то есть на все 100 %. В долг таким образом и сигареты дают. Во всех ли магазинах Охотского применяется такая практика, не знаю, конкретно добрые люди мне поведали только о произволе в «Айсберге». Но, полагаю, если метод работает, то его используют и в других торговых точках…
Что еще? В экскурсии по селу порадовали два момента: церковь на пригорке красивая и колодцы вид имеют нарядный. Но впечатление было несколько испорчено. Во-первых, церквушка оказалась закрытой на замок, и местные жители говорят, что батюшка Константин, проживающий в областном центре, нечасто сюда наведывается, а уж служит и того реже, главным образом по православным праздникам. Строили-то церковь на спонсорские деньги в расчете, что на волне всеобщей моды приобщения к православным корням будут ходить сюда «новые русские», те, кто дома загородные здесь отгрохал. Но те так и не подтянулись, да и в самом селе воцерковленных людей – раз-два и обчелся. А церковь-то живет с прихода… Вот и пустует красавица-церквушка, не снизошла к ней благодать. Во-вторых, колодцы – словно игрушки, шесть штук, все под жестяными крышами, суриком крашенными, срубы сделаны, как положено, ворот имеется – а вот испить водицы путнику не удастся! Ведер ни при одном колодце нет. Были, да поворовали их приезжие, «позанимали», а отдать забыли… Сельчане, разумеется, по воду со своими ходят, каждый раз заново к цепи вяжут.
Покидала я Охотское со смешанным чувством. Благодать здесь – воздух свежий, морской, снег чистый-чистый, места окрест красивые! Но… как здесь люди живут-то? Без водопровода и центрального отопления, без кабельного телевидения, без Интернета, да что там – без клуба, без детского сада и школы! И библиотека, кстати, оказалась в тот день закрыта. Виктор Иванович пытался приобщать детей к спорту – да выяснилось, что им это не особенно нужно. Вспомнился фильм моего детства «Вот моя деревня» о российской глубинке. Конечно, насквозь пропитан он был советской пропагандой, но ведь я и сама помню, что по тем временам народ был куда как активнее, и работа у всех была, и школьники спортом занимались, на лыжах бегали ватагами веселыми – да многое с тех пор изменилось не в лучшую сторону! А в наше время при «свободе» совести, «свободе» слова, многопартийной системе под оком «партии власти» столько проблем навалилось на села, что сам интерес к жизни их жители, кажется, утратили. И вовсе не в прошлое занесло меня – в будущее, которое как-то не хочется принимать. Неужели нет никакого просвета? Понятно, что для возрождения сел требуются огромные деньги, понятно, что у администрации Корсаковского городского округа на сегодняшний день слишком мало возможностей для решения даже самых острых проблем сел. Но только ли в этом дело?
Ольга Князева
Фото автора
 
 
 
 
  Общественно-политическая газета «Восход»